Piernaccy (Пернацкие)

Олег Пернацкий

 

  Это наше семейное дерево, которое удалось составить по рассказам моего отца, немногочисленным сведениям и документам найденными нами. Для этого понадобилось запросить многие архивы России, Белоруссии и ФСБ.

Clipboard02_

  История моей семьи начинается с моего прадеда Миколая Станиславовича Пернацкого. К сожалению, дату его рождения установить не удалось, так как большинство документов, по которым можно восстановить историю моего рода, погибло.  Жил он в селе Данилеевка Наровлянского уезда Гомельской губернии в Белоруссии. Происходил из однодворных, то есть не имеющих поместья, кроме своего двора и земельного участка, шляхтичей, но был достаточно зажиточен. Он смог содержать свою лесопилку, но, к сожалению, рано и нелепо погиб. По семейной легенде, он, обладавший богатырской силой, из куража поднял за комель только что поваленное огромное дерево и надорвался. После его смерти семейному достатку пришел конец. Сыновья еще были маленькие, а прабабушке не хватало ни сил, ни  грамотности, ни хватки, чтобы продолжать дело мужа.  К 1913 году на четырех сыновей оставалось лишь несколько десятин далеко не плодородной белорусской земли.

  Мой дед, Кароль Николаевич Пернацкий, родился там же, в Данилеевке, в 1881 году. В 1905 году после срочной службы в уланском полку, женился на Александре Адамовне Глёза. В 1907 году родился их первенец Владислав, в 1909 – дочь Мальвина, а в 1911 – мой отец Ян Каролевич. Так как материальное положение семьи не улучшалось, Кароль Николаевич в 1913 году решился переехать со своей семьей в Сибирь. Столыпинский закон о земельной реформе еще действовал.

img091_1

Моя бабушка Александра Адамовна Пернацкая (Глёза) с внуками Сергеем и Владимиром, сыновьями Ивана Карловича

  По пути родился еще один сын, Станислав.  Он был крещен в Омском костеле. Земельный надел Кароль Николаевич получил в селе Новополтавка, на хуторе Нежинском Омской губернии.

  По положениям столыпинской реформы, отруб (гонвед, надел) полагался каждому мужчине вне зависимости от возраста. На всех женщин, пусть переселенец имеет хоть десять дочерей, полагался один отруб. В Омской губернии отруб составлял десять десятин, то есть Кароль Николаевич получил на себя, трех сыновей, дочь и жену пять отрубов, всего пятьдесят десятин (примерно пятьдесят пять гектаров) земли в личное пользование, не считая права пользования общинными пастбищами и сенокосами. Но толком развернуться ему не дала война. Он едва успел собрать первый урожай, как был призван на фронт.

 

Кароль Николаевич Пернацкий (стоит). 1914(5?) год

Кароль Николаевич Пернацкий (стоит). 1914 или 1915 год

  В Сибири семья вынужденно сменила конфессию. Они были людьми набожными,   а для набожного человека не ходить в храм —  это святотатство, но так как ближайший костел находился в Омске, за сто с лишним верст от Новополтавки, ходили в ближайшую православную церковь. Там же крестили четвертого сына, родившегося, когда его отец уже сражался на немецком фронте. Его назвали на русский манер Иваном.

  Кароль Николаевич уже в конце пятнадцатого года попал в плен. Вернулся он после капитуляции Германии и Австрии, в конце восемнадцатого года. Ни к большевикам, ни к белогвардейцам, ни к другим воюющим сторонам он примыкать желания не имел и, вернувшись с войны, занялся хозяйством. Ему помогали уже подросшие Владислав и Ян. В двадцатые годы родились еще близнецы Федор и Полина, сын Петр и дочь Мария. Семья, как и большинство переселенцев, была уже весьма зажиточной. Несмотря на то, что рабочие руки в хозяйстве были нужны, Кароль Николаевич отдавал сыновей в обучение ремесленникам. Отца, например, в обучение к портному.

  Беда пришла неожиданно, но семья к ней оказалась готова. В 1927 году Станислав, работавший, несмотря на юный возраст, писарем в сельсовете, узнал о грядущей коллективизации и уже начавшихся репрессиях против поляков. Когда он сообщил об этом отцу, тот немедленно распродал все имущество, сжег большую часть документов и смог переделать документы старшим детям. Крещеные в костеле дети получили новые имена.  Сыновья превратились из поляков в белорусов. Сменить национальность дочерям он не смог. Владислав стал Василием, мой отец Яковом (Иваном он не мог стать, в семье уже был Иван), Станислав – Степаном. После этого семья выехала из Сибири.

  Сначала семья перебралась в Пешпек, так тогда назывался нынешний Бишкек, столица Киргизии. Тут всем пригодились полученные профессии. Искусственный голодомор 1933 года затронул не только Украину и Кубань. Они просто пострадали больше всех. Но голод был практически во всей стране. В Пешпеке от недоедания умерла младшая дочь Мария. Вскоре семья перебралась на Северный Кавказ. Моего отца уже не было с ней, — он служил на Дальнем Востоке в погранвойсках. Вскоре с родителями остались только младшие дети. Василий (буду называть их уже новыми именами), хоть и жил рядом, но имел уже свою семью. Мальвина тоже вышла замуж. Степан и Иван уехали работать и учиться. Отец тоже остался на сверхсрочную службу, потом выучился на фининспектора, хотя его несколько раз снова призывали на службу.

  Семье удалось избежать репрессий кроме дяди Васи. Его арестовали по доносу. Еще в Сибири он стал заядлым охотником и везде старался купить ружье. Разумеется, он сразу вступал в местное общество охотников и регистрировал оружие, но в то время это ничего не значило. В доносе говорилось, что он хранит дома оружие. Оружие найдено, значит, факт подтвердился. Что его хранение вполне законно, никого не интересовало. Кроме того, при обыске была найдена религиозная литература.  Итог – десять лет лагерей за контрреволюционную деятельность. Его спасло лишь то, что он был высококвалифицированным столяром, а специалистам даже в Гулаге давали некоторые послабления. Возможно, поэтому он был выпущен досрочно. В 1944 году такие специалисты были нужнее на «свободе».

  Отец в своих странствиях выяснил то, что они не зря сорвались с насиженного места в Сибири. Коллективизаторы, выяснив, что в селе живут «одни кулаки», раскулачили его поголовно,  и с 1932 года село Новополтавка не существует. Людей сослали еще дальше в Сибирь, на смерть от недоедания и непосильного рабского труда только за то, что они подняли тысячи гектаров сибирской целины и давали стране десятки тысяч центнеров сельхозпродукции. Недаром после этой «аграрной революции» Сибирь стала регионом, в который продовольствие, в основном, завозили.

  Может быть, со временем, репрессии коснулись бы и остальных братьев, но началась война. Все пять братьев пошли воевать. Семью, бесспорно, хранил Бог. Все братья вернулись. Дядя Вася из Гулага, остальные пять с войны. Отец, правда, вернулся из немецкого плена. Хотя его, после долгих проверок, отпустили, но на его карьере был поставлен крест. Ему пришлось снова взяться за иглу и ножницы. Женился он только после войны, когда ему было уже за 35.

  После войны тетя Мальвина с мужем венгром уехала на его родину в закарпатский город Хуст на самой границе с Венгрией. Туда же они забрали и дедушку. Умер он в 1978 году на 98 году жизни. Его дети также, кроме дяди Степы, прожили все больше 80 лет каждый, а дочери даже за 90. Тетя Полина умерла в прошлом году, на 91 году жизни. Жив  самый младший из детей Кароля Николаевича (не считая Марии) дядя Петя. Ему уже 89.

  Бабушка не поехала с мужем, а осталась помогать сыновьям управляться с внуками. Умерла она в г. Тырнауз у сына Ивана в 1959 году. Иван Карлович прожил 77 лет.

 Может быть, кто-то скажет, что история моей семьи  относительно благополучна, но подумайте, сколько ума, смекалки, изворотливости приложил мой дед, чтобы ее спасти? Сколько лет мой отец, мои дядьки и тетки жили, со страхом ожидая зловещего стука в дверь? Им приходилось большую часть жизни лгать даже самим себе. Отец говорил, что он поляк, только крепко выпивши. Только тогда у него иногда в речи проскакивали польские слова и выражения. Но когда он умер, я написал на кресте его подлинное имя: Ян Каролевич Пернацкий. Национальное самосознание приходит со временем. Вступая в Польское общество, я впервые написал, что Я — ПОЛЯК!

 

Piernaccy (Пернацкие): 8 комментариев

  1. Олег,спасибо за статью и большой труд! Думаю,мои (и не только) дети и внуки прочитают с удовольствием и пользой!
    P.S. А на фото с бабушкой-мы,с братом Владимиром…

    • Здравствуй, Сергей! Историю семьи я опубликовал в Интернете в рамках проекта нашего польского общества. Было очень тяжело. Большое спасибо дочери. Она перерыла весь Иннет. Мало,что дедушка уничтожил много документов, много их погибло. Нет не только Новополтавки, в1986 году под захоронение попала Данилеевка. За неточности извини. Приходилось много писать со слов матери, а она уже мало что помнит и очень много путает. Но, собственно, говоря, это «официальная» версия. Нам же самим надо обмениваться тем, что у нас осталось. Поэтому, большое спасибо за поправки и дополнения. Ольга нашла фото Кароля Николаевича, наверное это самое старое фото нашей семьи.
      С уважением, Олег.

    • Добрый день!
      Да, это родной брат моего отца, отец моего двоюродного брата Сергея Пернацкого. На сайте «Музей курсантских полков» есть еще одна его фотография. А откуда эти фото? Может быть есть еще какие-то документы о Пернацких?

      С уважением,
      Олег Пернацкий

  2. Здравствуй Олег!!! Многое узнал о семье. С уважением Андрей Никитченко.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *